Дядюшка Фистус, или секретные агенты из волшебной страны — Малезье К. — Зарубежные писатели

Страница 9 из 10

Дядюшка Фистус, или секретные агенты из волшебной страны (сказка)


Лукерье стоял в дверях своего магазина.
– Мне нужен подсвечник, – ещё издали крикнул ему – Фистус, – бронзовый подсвечник!
– Вы опоздали, милейший. Этот подсвечник уже куплен, – ответил лавочник.
– Как куплен? – Фистус побледнел.
– Ну да, куплен, – повторил старьёвщик и подозрительно покосился на Фистуса. – А почему это всех интересуют исключительно подсвечники? В моей лавке много и другого товара. Что-то тут нечисто!
Но Фистус даже не обратил внимания на враждебность хозяина лавки и торопливо спросил:
– А кто купил этот подсвечник?
– Кто? Ха-ха-ха! Так я вам и сказал! Теперь я понял. Вы бандит! И те двое хулиганистых старичков, которые требовали за свою, бронзовую рухлядь бешеные деньги, тоже были бандитами. Ишь, какой шустрый, – всё больше и больше распалялся старьёвщик, – скажи ему имя покупательницы! А вот и не скажу. Из принципа. Потому что я очень принципиальный.
– Ах, он принципиальный… – рассердился Фистус.
– Да, я такой, – гордо подбоченившись, подтвердил старьёвщик.
– Ах, он не скажет…
Королина поняла, что Фистус собирается превратить ничего не подозревающего старьёвщика в корзину для мусора и торопливо зашептала другу на ухо: «Поручи это щекотливое дело мне. Отойди и не вмешивайся, и тогда я узнаю от этого типа всё, что нужно».
Фистус нахмурился, но отступил. Интересы дела были важнее выяснения отношений с упрямым лавочником. Королина схватила его за руку и потащила за угол.
Через пару минут из-за угла лавки показалась кокетливая красавица с каштановыми волосами и принялась прохаживаться мимо озабоченного лавочника. Девушка то и дело поправляла волосы и игриво поглядывала на старьёвщика, бросавшего на юную незнакомку страстные взоры.
– Ну что? Узнали вы меня наконец? – обратилась красавица к очарованному лавочнику.
Тот напряжённо наморщил лоб, что-то вспоминая, и наконец воскликнул:
– О, так это вы – та самая девушка, которая победила в конкурсе красоты.
Королина скромно потупилась.
– Да, это я.
– Как же, как же, читал! Всё про вас знаю! Только у меня к вам вопросик имеется. Вот в одной газете сообщают, будто вы из семьи золотопромышленника, а в другой пишут, что ваш отец – владелец спичечного завода, так сказать, спичечный король. Так где же правда?
– О, об этом поговорим позже. Вы лучше ответьте, как зовут женщину, что купила в вашей лавке бронзовый подсвечник.
– И вы о том же? – удивился старьёвщик.
– Да, этот подсвечник достался мне в наследство от папочки-золотопромышленника. Но на днях его украли двое стариков.
– Я так и знал, что они бандиты, – пробурчал старьёвщик.
– И вот теперь, – продолжала Королина, – я ищу эту дорогую моему сердцу вещицу. Это единственная память о моём так скоро скончавшемся папаше.
По щеке девушки покатилась скупая слезинка.
– О, не плачьте, дитя моё, – расчувствовался старьёвщик. – Если бы я только знал, как зовут ту женщину, я бы обязательно сказал вам. Но я видел её впервые. Ах, как жаль, что я не смогу вам помочь!
– Что? – девушка рассвирепела. – Вы не знаете, как её зовут! Так что ж вы мне раньше-то об этом не сказали!
– Я? Я не успел, – попытался оправдаться несчастный старьёвщик.
Но девушка, не слушая его жалких оправданий, поспешила прочь от лавки. Вскоре Королину догнал заткавшийся Фистус.
– Ну что?
– Всё пропало! Этот глупый лавочник ничего не знает.
– Всё пропало! Ох-ох-ох, бедная наша девочка, – принялся сокрушаться Фистус.
– Больше мы её не увидим, – отозвалась обезьянка и яростно отшвырнула в сторону валявшуюся на дороге газету.
– Всё пропало? – вдруг оживился Фистус. – Нет! Кажется, ещё не всё! Королина, мне в голову пришла одна замечательная идея!
– Ах, Фистус! Ну до чего же ты умный и находчивый, – воскликнула обезьянка обрадованно. – Ну, рассказывай поскорее! Нам нужно всё вместе обдумать. Ведь недаром говорят: одна голова хорошо, а две лучше.
– Да, если бы у меня было две головы… – мечтательно протянул Фистус, и друзья поспешили домой обсуждать новую идею.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. Тайна монастыря у Мёртвого моря
Эжелина понемногу начинала привыкать к своей новой жизни в образе подсвечника. Теперь она стояла на маленьком изящном столике, украшенном перламутровой инкрустацией, и наблюдала за молоденькой служанкой, которая весело порхала по комнате, вытирая с мебели пыль. Наконец девушка подошла к столику, бережно взяла в руки Эжелину-подсвечник и уже было собралась обмахнуть пыль со старой бронзы, но в этот миг послышался голос хозяйки дома:
– Марцелла, вы уже разобрали почту?
– Нет, мадам Рассель, – откликнулась служанка, – но сейчас разберу.
Девушка осторожно поставила подсвечник обратно на столик и занялась разборкой почты.
– Ну что? – спросила пожилая женщина, входя в гостиную и усаживаясь в кресло. – Есть ли для меня какие-нибудь письма?
– Да, мадам Рассель, – ответила Марцелла. – Вот тут письмо из Америки от вашей сестры госпожи Лоренвиль и записка от господина настоятеля монастыря.
– О, – вздохнула пожилая женщина, – как хорошо, что брат и сестра не забывают меня.Дядюшка Фистус
Она неторопливо разорвала конверт со штампом Сан-Франциско, бегло пробежав письмо глазами, отложила его в сторону.
– У госпожи Лоренвиль, как всегда, забот полон рот. В прошлом письме она сообщила мне, что парикмахеры сделали её любимому пуделю какую-то отвратительную причёску. Бедная сестра даже проплакала от отчаяния полдня. А вот сейчас мадам Лоренвиль пишет, что у неё стряслась новая беда: уволился её конюх, и теперь некому будет завивать гриву и хвост кобыле Афродите.

С этими словами мадам Рассель развернула записку.
– О, Марцелла, – воскликнула она обрадованно, – распорядись, пожалуйста, чтобы приготовили праздничный обед. К нам сегодня приедет господин настоятель.
– Ну что ж, – подумала Эжелина, уже начинавшая скучать. – Праздничный обед – это хоть какое-то развлечение для бронзового подсвечника типа меня.

* * *

Примерно через час в дверях комнаты показался седой господин в чёрном. Эжелина с любопытством разглядывала посетителя. А мадам Рассель, завидев гостя, радостно встрепенулась.
– Симон, дорогой! Брат и сестра обнялись.
– Ты знаешь, – сказала мадам Рассель, – я сегодня получила письмо от Элизабет.
– Что, у её любимого хомяка покраснело горлышко? – спросил седой господин.
– О нет, на сей раз её кобыле Афродите придётся немного походить лохматой.
– Элизабет этого не переживёт, – покачал головой настоятель.
– Ах, не надо осуждать её, Симон, – улыбнулась его собеседница. – Расскажи-ка лучше, какие у тебя новости.
– Новости! О, тут у меня есть чем тебя удивить, – загадочно улыбнулся настоятель. – Помнишь, я рассказывал тебе о том, как тридцать лет назад работал на строительстве монастыря у Мёртвого моря?
– Помню, – подхватила мадам Рассель, – ты ещё рассказывал, что один из камней раскололся и в нём оказался тайник, а в тайнике – старинный пергаментный свиток.
– Да, три десятка лет я бился над расшифровкой манускрипта, и, представь себе, кое-что из этого текста мне всё же удалось понять. По-моему, это древний астрологический календарь. Мне удалось расшифровать всего два слова – «Звезда Офлигея». Но эти слова встречаются в манускрипте восемь раз.
Эжелина насторожилась.
– Восемь раз? – мадам Рассель улыбнулась. – На основании этого ты и сделал свои выводы? Ну хорошо, хорошо. Не буду больше шутить на эту тему. Но где ты хранишь свой манускрипт?
Эжелина боялась пропустить малейшее слово.
– Где? – переспросил настоятель. – Да где же как не в хранилище библиотеки. В подвале.
– Что, прямо на полке? – удивлённо воскликнула мадам Рассель.
– Да нет, конечно. В шкатулке из розового дерева. В это время в комнату вошла Марцелла.
– Мадам, стол накрыт, – доложила она.
– Ну что ж, продолжим наш разговор за столом, – проговорила мадам Рассель и, взяв брата под руку, вышла из гостиной.
– Невероятно, – подумала Эжелина. – Великий Властитель Руталонов был прав, я узнала, где манускрипт. Но какой в этом прок? Ведь я всё равно ничего не смогу передать друзьям. Может быть, мне до самой смерти суждено быть подсвечником.
И одинокая слезинка медленно покатилась по бронзовой ножке подсвечника.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ, в которой объясняется причина загадочной смерти господина Кройца
Дождь лил, как из ведра, целую ночь. Жители города были уверены, что утром им придётся добираться до места работы на лодках, а то и просто вплавь. Но к утру ветерок разогнал тучи, и яркое тёплое солнышко быстро высушило все лужи на тротуаре.
Поэтому, когда наутро господин Фиглинг, главный редактор научно-популярного журнала «Вопросы трансвертальных флуктаций» выглянул в окно и увидел чистое синее небо, он счёл это хорошим предзнаменованием. «Очевидно, предстоящий день будет удачным», – подумал господин Фиглинг и, выпив свой утренний кофе, поспешил на работу.
Но, войдя в свой кабинет, главный редактор понял, что поторопился с выводами относительно удачного рабочего дня. Секретарша доложила ему, что профессор Журба, как всегда, не успел дописать свою научную статью. А, стало быть, если до обеда главный редактор не найдёт какого-нибудь дополнительного материала, то журнал «Вопросы трансвертальных флуктаций» выйдет с дыркой, то есть, с пустой страницей в том месте, где планировали напечатать злополучную статью.
«Нарисую на всю страницу плакат „Делу время, а потехе час“, – решил главный редактор.
Он вошёл в приёмную и вдруг увидел в углу на стуле улыбающегося старичка в котелке и в сюртуке ядовито-зелёного цвета. На носу старичка болтались огромные очки, которые постоянно сползали ему на нос.
– К вам посетитель, – улыбаясь, доложила секретарша.Дядюшка Фистус
– Профессор Фистус, – представился незнакомец и поправил очки.
– Главный редактор Фиглинг, – представился Фиглинг. – Очень рад нашему знакомству, но извините, профессор, в данную минуту я Вас принять не смогу. Очень занят. Мне за полчаса нужно успеть нарисовать плакат.
– Вот и прекрасно, – обрадовался профессор Фистус. – Я помогу Вам. А заодно переговорим о нашем деле.

Фиглинг хотел было любезно отклонить это предложение, но господин Фистус, вытянув трость с золотым набалдашником и простукивая дорогу, как это обычно делают слепые, уже направлялся к его кабинету.
– У Вас, наверное, очень плохое зрение? – сочувственно произнёс главный редактор.
– Да, Вы совершенно правы, – печально вздохнул профессор Фистус. – Ничего не вижу в этих очках.
– Вы, очевидно, ко мне по делу? – деловито осведомился Фиглинг и бросил нервный взгляд на часы. До обеденного перерыва оставалось пятнадцать минут, и главному редактору вдруг стало ясно, что он уже не успеет нарисовать плакат.
– Конечно, по делу, – ответил профессор и достал исписанную от руки пачку листов.
– Что это? – испуганно попятился господин Фиглинг.
– Это моя статья. Её нужно опубликовать как можно скорее, – невозмутимо ответил профессор.
Фиглинг на несколько секунд перестал дышать от обрушившегося на него внезапного счастья.
– Простите, что Вы сказали? – переспросил он профессора трепещущим от надежды голосом.
– Я вам принёс статью о вреде для здоровья людей предметов из старинной бронзы.
– О, – простонал господин Фиглинг, – как это интересно! Так значит, Вы специализируетесь на предметах из бронзы?
– Не совсем так, – замялся профессор. – Но в бронзе я тоже кое-что понимаю.
– О да, конечно. Скромность – важное качество для учёного, – проговорил редактор и попросил – Может, Вы прочитаете мне Вашу статью?
– Охотно, – согласился старичок и, сняв очки, принялся читать:
«Забота о здоровье моих соотечественников заставила меня написать эту статью и поделиться своими научными выводами с широкой мировой общественностью.
Время от времени в нашем городе происходят очень странные, можно даже сказать необъяснимые, случаи. Вот типичный пример одного из них.
Месяц назад в нашем городе скончался всеми уважаемый господин Бройгель. Он жил и вдруг неизвестно от чего умер. Целых девяносто пять лет жил и вдруг… А потом оказалось, что всю жизнь в его комнате стояли большие настольные часы ИЗ СТАРИННОЙ БРОНЗЫ.
Тогда тайна смерти господина Бройгеля осталась нераскрытой, и вот в прошлую пятницу произошёл ещё более страшный случай. Читатели, наверное, догадываются, что я имею в виду неожиданную смерть после тяжёлой и продолжительной болезни одного из самых почётных долгожителей нашего города господина Кройца. Да, да, того самого господина Кройца, стодвадцатилетний юбилей которого мы отмечали в марте этого года. И представьте себе, мне удалось выяснить, что в комнате покойного на столе стояла БРОНЗОВАЯ СТАТУЭТКА!
На основании этих двух загадочных смертей можно сделать вывод: старинная бронза – страшный яд.
Дорогие соотечественники, берегите свои жизни! Не теряя ни секунды, сдавайте все свои бронзовые вещи в лавку господина Лукерье, иначе следующей жертвой коварного металла станете вы. Особое предупреждение владельцам бронзовых подсвечников, ибо наукой доказано, что больше всего яда содержится именно в них.
Не подвергайте себя и своих близких смертельной опасности! Помните: храня предметы из бронзы дома, вы отнимаете у себя бесценные годы жизни.
Неоднократный лауреат всевозможных премий профессор Фистус».
– О, это гениально! – произнёс потрясённый Фиглинг, когда профессор окончил чтение статьи. – И как это Вам удалось пролить свет на эту страшную тайну?
– Я много работал, – произнёс профессор, розовея от смущения.
– Ваша статья будет опубликована в завтрашнем номере журнала. А теперь поговорим о гонораре. Я заметил, что Вы человек скромный…
– Да, это так, – подтвердил профессор. – Поэтому меня вполне устроит гонорар в три тысячи монет.
– О-о-о? – удивлённо протянул главный редактор, – но столько мы не платим даже академикам.
– А я не академик, – возразил старичок, ничуть не смущаясь, – я профессор, а потому мой труд должен оплачиваться соответственно. Но мне пора спешить.
– Жаль с Вами расставаться, – растроганно произнёс главный редактор, выписывая чек на три тысячи, – обязательно приходите к нам ещё.
Профессор, торжественно поклонившись, скрылся за дверью и, ловко поймав очки, соскочившие с носа, швырнул их в ближайшую урну.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ, в которой Фистус осчастливил господина Лукерье
Господин Лукерье сидел в подвале своей лавки и время от времени с довольным видом поглаживал карман пиджака. Ещё бы! Ведь в кармане лежало целое состояние – пятьсот монет, которые отвалил ему этот чудный старичок в попугайском сюртуке только за то, чтобы он, Лукерье, до вечера не высовывался из подвала.
А у дверей лавки тем временем выстроилась длинная очередь горожан, желающих избавиться от ядовитых бронзовых предметов и получить взамен небольшую сумму денег.
Кто– то пустил слух о том, что в лавке Лукерье меняют всякий железный хлам на золото. И вскоре в очереди появились желающие сдать дырявые кастрюли, ржавые обломки велосипеда, новую пожарную лестницу, гнутые гвозди, железнодорожные рельсы и тому подобный хлам.
Всем этим сдатчикам Фистус с порога указывал на дверь, и вскоре неподалёку от лавки выросла целая гора металлолома.
До самого вечера Фистус принимал бронзовые предметы. Были среди них и подсвечники. Но того, единственного, из старинной бронзы, ради которого и было затеяно всё это мероприятие, так никто и не принёс.
– А может быть, женщина, купившая Эжелину, не читает журнал «Вопросы трансвертальных флуктаций»? – озабоченно спросила у Фистуса обезьянка.
– Может быть, – печально выдохнул Фистус в ответ.
И в это время к подъезду лавки Лукерье подкатила новенькая, сияющая голубым лаком машина. Из неё не торопясь вышла немолодая элегантная женщина и направилась прямо к Фистусу.
– Хочет сдать свою машину, – шёпотом предположила обезьянка. – Дай ей за автомобиль восемь монет, а на большее не соглашайся. Скажи, что у нас и так склад доверху забит всякой рухлядью.
– Вы Лукерье? – осведомилась женщина.
– Не совсем, – замялся Фистус. – А вы по какому вопросу?
Пожилая женщина извлекла из маленькой лаковой сумочки журнал «Вопросы трансвертальных флуктаций» и произнесла:
– Я прочитала сегодня статью о вреде предметов из бронзы. Там говорится, что их можно сдавать в вашу лавку.
– Совершенно верно, мадам, – отозвался Фистус устало, – но уже поздно. Приходите завтра. Наш склад, к сожалению, переполнен.
– Но речь идёт всего об одном единственном предмете, – возразила женщина.
– Да поймите же, мадам, – продолжал стоять на своём Фистус, – мне просто некуда поставить ваш автомобиль. И потом, я вам за него не смогу дать больше восьми монет!
– Простите, – изумилась женщина, – а при чём здесь мой автомобиль?
– А разве вы не его хотите сдать? – растерялся Фистус.
– Да нет, конечно, – рассмеялась посетительница и достала из сумочки небольшой свёрток, – я принесла вам бронзовый подсвечник.
– Подсвечник? – подпрыгнул Фистус и нетерпеливо сорвал со свёртка упаковку. – Вы купили его в этой лавке?
– Да, – удивлённо ответила дама.
– О-о-о, – взвыл Фистус от радости, – как я вас ждал. Дорогая вы моя! Прекрасная вы моя!
Дама в испуге попятилась к машине.
– Сколько я вам должен заплатить? – воскликнул Фистус, становясь перед женщиной на колени. – Тысячу? Две тысячи? Сколько?
– Спасибо, спасибо. Но я очень спешу, – проговорила женщина дрожащим голосом и бросилась к машине.
– Стойте, стойте, – преследовал её Фистус. – Я не отпущу вас просто так!
Но женщина уже сидела в машине и трясущимися от страха руками пробовала завести мотор.
– Вы должны взять деньги, – прокричал Фистус, прилипнув лицом к лобовому стеклу.
– Ну хорошо, – крикнула дама, – несите свои деньги, я подожду!
Не успел Фистус добежать до крыльца лавки, как услышал за своей спиной шум удаляющейся машины.
– Всё-таки уехала. И денег не взяла. Благородная женщина! – растроганно произнёс старичок и, схватив бронзовый подсвечник, бросился в лавку.
Он поставил подсвечник на пол, очертил возле него небольшой круг и что-то пробормотал. Обезьянке показалось, что подсвечник начал расти, всё более становясь похожим на бутон неведомого цветка. Фистус трижды хлопнул в ладоши, скороговоркой проговорил заклинание и повернул волшебное кольцо на пальце камнем внутрь. В тот же момент бутон начал таять в воздухе, и на его месте друзья увидели Эжелину.
– Мы снова вместе! – воскликнула обезьянка и, не помня себя от радости, кинулась в объятия девочки.

 

— Страница 9 —

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: